Рецензия

Рецензия на статью «Экфрасис созвездий» в романе Дж. Метэма «Аморий и Клеопа» (XV в.) Материал рецензируемой статьи - небольшой отрывок из малоизвестной поэмы 1449г. Джона Метэма, о котором тоже почти ничего не известно. Материал для нашей науки стопроцентно нов, и очень сложен по природе уже в силу языковых особенностей. Дается самое общее представление о сюжете поэмы без упоминания ее источника, эпизода Пирама и Фисбы из «Метаморфоз» Овидия и без оценки поэмы в английской критике. Из поэмы длиной 2222 строки автора интересуют строки 507-583, описательная вставка, не имеющая отношения к сюжету. Помимо приведенного оригинала, автор предлагает свой русский стихотворный перевод; понятно, что это трудозатратная часть работы, и где-то полезная для русскоязычного читателя, но нужен ли перевод в специальной статье – вопрос, которому, вероятно, суждено остаться дискуссионным. В русском переводе не просто сглажены особенности оригинала, автор добавляет строки и фигуры речи. Фрагмент описывает заказанный для нового храма необычный предмет из золота и драгоценных камней, сферу, которая представляет собой модель мира. Ее за три часа создают 700 тысяч духов, призванные магом, волшебником (в комментарии Стивена Пейджа nygromancyer поясняется как necromancer, т.е. колдун, волшебник). Словесное описание пусть воображаемого произведения искусства – классический пример экфрасиса, и нам представляется, что Метэм акцентирует материалы – блеск золота, игру драгоценных камней, употребляет эпитеты «чудесный», «великолепный» и т.п., а сами изображения на сфере только последовательно называет, так что текст воздействует на читателя прямолинейно, впечатляет обилием экзотически звучащей наукообразной информации. Некоторые звезды и созвездия Метэм называет их греческими и латинскими именами, некоторые – по-английски, некоторые, как Большая Медведица, должны опознаваться только с помощью мифологических аллюзий. Переизбыток имен собственных, сопровождаемых случайными атрибутами богов и героев, позаимствованными то с карт звездного неба, то из античных мифов, не способствует читательскому уяснению представляемой картины. Автора же статьи интересует не столько описание созданного духами волшебного предмета, сколько соответствие изображенных на нем звезд, планет и созвездий представлениям античной астрономии об устройстве небесной сферы. Естественно, что в тексте, созданном за век до публикации открытия Коперника, поэт базируется на общепринятой Птолемеевой картине мира; волшебная сфера у Метэма близка античным и средневековым изображениям карты звездного неба в виде пантеона богов и героев. Анализируя употребляемые Метэмом термины и имена собственные, автор выявляет знакомство «комбриджского ученого» с идеями Эратосфена, Хали Абенрагеля, дает исторический контекст для его экфразы и для понимания специфики средневекового знания. Отмечены попытки творческого переосмысления Метэмом взаимосвязи между мифами/созвездиями, новая комбинаторика античных источников. Вывод об амплификации как самом значимом приеме на основании того, что зодиакальные созвездия называются разными именами в зависимости от того, входят они в небосклон Южного или Северного полушария, нуждается, как кажется, в более глубокой аргументации. Вывод о преобладании в рассматриваемом фрагменте мифологической образности над естественнонаучным знанием представляется вытекающим из природы материала и эпохи создания произведения – то, что автор считает тяготением Метэма к целостности, с такими же основаниями можно представить в более привычном виде, как следствие синкретичности, нерасчлененности средневекового знания как такового. Перед публикацией следует проверить следующие моменты: 1. С. 4: «любая звезда каждого созвездия не меняет положения относительно других входящих в его состав звезд» – вид созвездий с Земли точно со временем меняется, слишком категорично. 2. С. 4: «Фигурами» Метэм называет знаки Зодиака, а все прочие созвездия – просто «знаками»; с. 6: «Особенностью описаний «фигур» (т.е. наблюдаемых созвездий) у Метэма…». Противоречивые утверждения. Обращение к тексту свидетельствует, что такого четкого разграничения в тексте нет, «sygne» и «figure» применяются ко всем созвездиям, что понижает уровень системности/научности поэтического мышления Метэма. 3. Убрать путаницу с «дочерью Ликаона» - это Каллисто – и с этой группой мифов. Желательно также поправить английский текст аннотации, убрать отмеченные в прилагаемом файле недочеты оформления, привести его в соответствие с нормами журнала. После авторской доработки статья может быть рекомендована к печати в «Известиях СГУ. Серия Филология. Журналистика» как имеющая научную новизну и ценность.